Виктор ДРОННИКОВ (1940 — 2008)

***
Если можешь глазами вздохнуть,
Значит, видишь святые пути.
Дальше звёзд человеческий путь,
По которому надо пройти.

Сколько раз разбивался я в прах,
Сколько раз выбивался из сил…
Но я знал, кто в незримых мирах
Душу мне на земле осветил.

И когда завершится мой срок
И придётся держать мне ответ,
Я сложу на Великий порог
Сбережённый во странствиях свет.

***
Я спал в зелёной колыбели
У птичьей песни на краю,
Когда железные метели
Накрыли Родину мою.
Свинцовых струй вражда слепая,
Цветов кровавая купель.
Мать. Мама. Девочка седая
Мою качала колыбель.
Прошла гроза, и вслед за громом
Над вешней Родиной моей
Всем существом, зеленым горлом
Ударил ранний соловей.
Как будто пел за всех пропавших
У птичьей песни на краю…
Как чутко древний свет ромашек
Овеял Родину мою.

МОЛЕНИЕ О ВИТЯЗЕ
За ушедшего на битву,
За последний русский край
Я шепчу одну молитву:
– Витязь мой, не умирай…
Подрывной волной фугасной
Гнут Россию на излом.
Господи, не дай погаснуть
Русской жизни под огнём.
По крови бежит остуда,
Как от раны ножевой.
Витязь мой, приди оттуда
Невредимый и живой.
……………………….
Сколько русской крови льётся…
Господи, не покидай
Всех, кто бился,
Всех, кто бьётся
За последний русский край.
Вот и вся моя молитва
До последнего конца,
Только б слитно,
Только б слитно
Бились русские сердца.

***
Нет-нет да и вспыхнет во мне забытьё,
Как тайное чьё-то желанье…
Как будто чужое и всё же моё
Короткое воспоминанье.
К чему этот знак из далекой дали,
Точней, из военного лета?
Трехлетним гляжу я на зелень земли
Сквозь стёклышко синего цвета.
Гляжу я на солнце цветное с крыльца,
Гляжу на заречную пойму…
Не помню я взрывы… не помню отца…
А синее стёклышко помню!

***
О Русь-Россия, как разнится
В стихах поэтов образ твой:
Для Гоголя ты тройка-птица,
А Блок назвал своей женой.

Я потому пишу об этом,
Что мне нисколько не смешно.
К таким классическим поэтам
Быть непочтительным грешно.

Своя у каждого Россия!
Но в чёрный день, забыв своё,
Какое сердце не просило
Победы Божьей для неё.

Когда земель её алкали,
Тех, кто на стягах носит ночь,
Соединёнными полками
Она отбрасывала прочь!

Россия русским – Берегиня,
«И синь, упавшая в реку»,
И безутешная княгиня
В бессмертном «Слове о полку».

И для меня как свет в оконце
С рождения до крайних дней
Россия – лик! Россия – солнце
С чертами матери моей!

ВИТЮТЕНЬ
Витютень стонет: – Вить,
Скоро гнездо мне вить,
Скоро гнездо мне вить.
А дерева нет у меня.
Дерево посадить –
Некому пособить.
Некому пособить…
Где ж ты, моя родня?
Знаю я, каково
Жить без гнезда своего –
Жить без гнезда своего,
Грустно на свете жить.
Дерево посажу,
С птицами я дружу.
С птицами я дружу,
С ними легко дружить.
Витютень снова: – Вить,
Дай мне росы испить,
Дай мне росы испить.
Стань для меня отцом.
Имя твоё любить,
Взгляды твои ловить,
Взгляды твои ловить
Я научу птенцов.
Дерево посадил.
Витютеня напоил…
Сел отдохнуть без сил –
Тут и сошлась родня.
Каждый меня хвалил.
С каждым я пригубил…
Имя своё забыл.
А было оно у меня.
Кто я, в какой стране?..
Весь я горел в огне,
Сам становясь огнём.
Спутались свет и тень…
Где ты, мой витютень,
Где ты, мой витютень?
Где мой родимый дом?
Спутались явь и сон…
Птицами был спасён.
Птицами был спасён,
Ввергнутый в забытьё,
Вышел в осенний сад –
Птицы на взгляд летят,
Птицы на взгляд летят,
Имя поют моё!

***
Могилы замшели, как лодки,
Не пристынь – пустыня утрат.
Деревья склоняются кротко,
И с братом не ссорится брат.

Но странно, в любую погоду
(Так птицы сбиваются в круг)
Всё больше здесь стало народу
Из новозаветных старух.

Как будто с холерного пира
Бредут, выбиваясь из сил.
Как будто они не от мира,
А жители этих могил.

Неясному зову послушны,
Часами стоят у оград…
Нет места им в жизни бездушной,
И нет им дороги назад…

ЗМЕЯ
Она в траве осенней грела
Своё бескостное кольцо.
И кажется, что не смотрела,
Что не смотрела мне в лицо.
Дремотно спущенное веко
Не выдало и лёгкий вздрог.
И я по праву человека
Её разглядывал, как мог.
В сгущающемся напряженье
Я знал: меня не усыпить.
Шло молчаливое сраженье,
И кто-то должен уступить.
Я уступил… Сухая былка
Под шагом треснула как раз…
И я почувствовал затылком,
Как у змеи отверзся глаз…
Так бездна всеми голосами
Земной озвучивает прах,
Когда смыкается глазами
Со страхом первородный страх.

ЛОДОЧНИК
К нему не ходят на постой,
К нему ходить невесело.
И дом обходят стороной,
Страшась его профессии.
Он не был баловнем судьбы,
Живёт один, как демон.
Он нынче делает гробы,
А раньше лодки делал.
Бывало, ночь дохнёт грозой,
Всё вымрет в околотке,
И только он на чей-то зов
Отважится на лодке.
Но как-то местным подлецом
Был тайно оговорен.
И в ночь глухую под крыльцо
Подъехал «черный ворон».
Никто не знает, где он был,
В каких краях болотных.
Одно лишь знаю, что гробы
Он делает добротно.
От той поры у старика
Осталась эта странность.
Когда вскрывается река,
Он запивает страшно.
И долго мается тогда,
Как будто что-то ищет.
Всплывают в памяти года,
Как лодки кверху днищем.
К стакану тянется рука,
А губы шепчут кротко:
– Вот посветлеют берега,
Подамся делать лодки.

ПЧЕЛА
Поистёрла крылышки пчела
В луговом цветущем бездорожье.
В венчике ромашки умерла,
Как уснула, труженица Божья.

А когда просохла тишина
Там, где конь травою сочно хрупал,
Муравей, трудяга, как она,
Приволок её под хвойный купол.

Пчёлы не волнуются о ней
И никто её искать не будет.
В лихорадке медоносных дней
Сколько их в свой домик не прибудет…

Без вести пропавшая в лугах –
Жизнь пчелы, как Божия отрада!
Пчелы умирают на цветах –
Лучшей доли и желать не надо.

УТРО В ДЕРЕВНЕ
Я вслушиваюсь в сад –
Там перезвоны, стуки
Превыше всех наград
Земли родные звуки.

Зачем писать стихи –
Сиди, смотри и слушай,
Как сохнут лопухи
И пьёт телок из лужи.

Среди грызни, возни,
Порядка, безобразья –
Попробуй, объясни
Весь смысл многообразья.

Я на бревне сижу,
И грусть меня не точит.
Пойду переспрошу,
О чём петух хлопочет?

***
Не осуждайте мои привычки,
Они не Ваши, они мои.
Ко мне на плечи летят синички,
Ну чем синички не соловьи.

Зачем мне кисти, зачем полотна,
Зачем мне мудрость чужих страниц.
Ведь так отрадно, что так щекотно
Кормить в ладонях своих синиц.

Я зачарован их чудной речью
Осталось только в слова облечь.
Я научился на человечью
Переводить их синичью речь.

Мои синицы… Я так их слышу…
Осталось только мне птицей стать.
Совсем нетрудно взглянуть повыше –
Взглянуть повыше, как полетать.

***
Разве словом жизнь переиначить,
Разве сердцем зло перетолчёшь?
Вот ты и смеёшься, словно плачешь,
Вот и плачешь, словно бы поёшь.

Лучше б ты не слышал и не видел,
Жил бы, очи Божии любя…
Разве никого ты не обидел,
Разве не обидели тебя?

Потому так истомлёно глухо,
С ветром изнеможена в борьбе,
Долетает музыка до слуха,
Словно посвящённая тебе.

И тогда по призрачному цвету
С бестелесной дрожью узнаёшь
Жизнь, которой не было и нету,
О которой песни не споёшь.

***
От самого себя отстану,
От этой жизни перемётной.
Ни к чьей не прибиваюсь стае,
Поскольку я неперелётный.

Не лезу под чужую крышу,
На чём стою – того и стою.
Когда незримое предвижу,
Я слышу крылья за спиною.

Пока в России есть знаменья –
Я знаю, свет идёт откуда!
Россия – Божье озаренье,
А не бесовская причуда.

Она, спелёнутая в муки,
Принадлежит тому, кто слышит…
Она очнётся в трубном звуке,
И Бог уже над нею дышит…

***
Деревья дорогу ему уступали,
И солнце спускалось за ним по холму.
И птицы, которые радостно спали,
Открыли глаза и запели ему.

И в том, как цвела под луною дорога,
И в том, как цветами смыкались следы –
Во всём ощущалось присутствие Бога –
В дыхании неба, земли и воды.

Весь мир представал, как большое дыханье,
И радость восторга теснила мне грудь…
И сердцем владели любовь и желанье
Идти в бесконечный божественный путь…

***
Однажды он душу свою заспал…
Очнулся, а Родины нет.
Он к прежним святыням губами припал,
Но холод ему в ответ.

Он к матери кинулся – матери нет…
Кто знал его – нет никого.
С тоской посмотрел он на белый свет,
И свет посмотрел на него.

Так зрячие смотрят на путь слепых,
Готовых за свет шагнуть…
Свободный от мёртвых и от живых,
Он встал на незримый путь.

Незримые слёзы текли с лица,
А может незримый пот.
Это проснулась душа слепца
И к Богу его ведёт.

Где Родина детства, любовь и семья,
Где знают – откуда он, чей…
И посох его обвивала змея,
И ворон сидел на плече…

***
Отчизна! Родина! Россия! —
Мои вершинные слова.
В них неотъемлемая сила,
Тысячелетние права
На то, чтоб жить под русской синью
От русских дел не в стороне.
И жить не пасынком, а сыном
В самодостаточной стране.
Неважно — тихо или громко
Слова звучат тебе окрест.
Они твой посох и котомка,
Они твой жертвенник и крест,
Их свет не вычерпать, не вызнать…
Они от Бога на земле!
Россия, Родина, Отчизна —
Слова в единственном числе.

БОЖИИ СТАРЦЫ
Из келий, обителей, дольних пустынь,
Чтоб с Богом, душой не расстаться,
Выносится свет православных святынь –
Несут его Божии старцы.

И все замирает вблизи и вдали,
Восходит молитва народа…
О, тайная радость крещёной Руси –
Пришествие крестного хода.

Где нет гордецов и униженных нет,
Где нету беды иноверцу…
И Божии старцы проходят как свет,
Доступные каждому сердцу.

Гноили заступников Русской земли…
(А в храмах бесились и выли),
И в белую замять босыми вели
И в тайных местах хоронили…

Рассыпался прах обезбоженных снов.
А церковь стоит сокровенно.
И мощи сокрытые Божьих сынов
В земле прорастают нетленно.

И Русская правда на вере стоит,
На вере и светлом моленье.
И каждый святой на Руси – это щит
И Божие благословенье.

Уже исполняется Божий Завет:
Архангел трубит за плечами,
И Божии старцы проходят сквозь свет,
Сияя святыми очами!

КРЕСТ
Крестом ей выпала дорога –
В какую сторону свернуть?
Россия позабыла Бога
И потеряла светлый путь.
Забыла тёплые молитвы,
Знамения и благовест…
Теперь от битвы и до битвы
Несёт победы, словно крест.

***
Как бы ни был славен и почетён —
Вечность не примеривай к себе.
Ты в своих поступках подотчётен
Господу, Отечеству, Судьбе…

Выходи за них на поединок,
Защищай их, жертвуя собой,
И тогда сольёшься воедино
С Господом, Отечеством, Судьбой…

***
Ты слышала? – ночью кричали пролётные птицы?
Я слышал их крики… Иль всё это было во сне?
Ты слышала? – ночью скрипели в дому половицы…
Входил, выходил кто? – Иль всё это грезилось мне?

Ты знаешь, мне грустно, что я отлучён от природы…
Я где-то не с нею, я где-то поодаль стою.
Не я же, не я на краю золотой непогоды
Кричу над водою и белыми крыльями бью.

Ты знаешь, так тянет на берег дремотной протоки,
Где листьями лилий укрылась вода, не дыша,
Где если и звук над водой, то такой одинокий,
Как если бы плачет и мечется чья-то душа.

Ты слышала? – ночью скрипели в дому половицы.
Входил, выходил кто из дома иль в дом?
Не я ли там был, где кричали пролётные птицы?
Я был там, я был там и крыльями бил над водой…

***
Кто этот мир? И что мы сами?
Перетекают жизнь и смерть…
О, если б Божьими глазами
Хоть раз на землю посмотреть.

Вот почему светло и слепо
Когда зияют небеса –
Я запрокидываю в небо
Осиротевшие глаза.

Не удержать звезды в ресницах…
Но сколько лет, но сколько лет
Душа сама летит, как птица,
На Божий свет! На Божий свет!

Когда-нибудь родное небо
Меня приблизит без следа…
Не говорите был иль не был?
Я там, я там, где был всегда…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Blue Captcha Image
Новый проверочный код

*