«Не замути Божественный родник!»

24 мая славянский мир отмечает День славянской письменности и культуры. Это один из самых ярких национальных, патриотических праздников славянских народов, который восходит к церковной традиции, существовавшей ещё в X-XI веках.

Почти двенадцать веков отделяют нас от того времени, когда жили и творили великие славянские просветители Кирилл и Мефодий. Первоучители не только перевели с древнегреческого языка на славянский язык главнейшие христианские книги, но и воспитали целую плеяду учеников, от которых разрослось древо великой славянской культуры.

Родная речь — Отечества основа,
Не замути Божественный родник!
Храни себя. Душа рождает слово:
Великий святорусский наш язык.
Иеромонах Роман

Сегодня — слово продолжателям исконных традиций русской литературы — современным орловским поэтам.

Виктор ДРОННИКОВ
Леонард ЗОЛОТАРЁВ
Геннадий ПОПОВ
Дмитрий БЛЫНСКИЙ
Василий КАТАНОВ
Анатолий ШИЛЯЕВ
Владимир ПЕРЕВЕРЗЕВ
Николай ПЕРОВСКИЙ
Александр ЛОГВИНОВ
Владимир ПЕРКИН
Ирина СЕМЁНОВА
Виктор САДОВСКИЙ
Светлана ГОЛУБЕВА
Андрей ШЕНДАКОВ



Виктор ДРОННИКОВ (1940 — 2008)

РОДНОЕ СЛОВО
Памяти П.Л. Проскурина
Нет слова отчего родней,
Какие б ни звучали речи.
С рождения до крайних дней
Ты им, как родинкой, отмечен.

Не гаснет золото в пыли,
Сверкнёт тебе орлом иль решкой.
Родное слово — соль земли,
Не обрати его в насмешку.

Обереги его от бед —
От варварства и чуждой прозы,
Храни, как русские берёзы
Хранят земли глубинный свет.

***
В зерне и слове суть одна,
Одна бессмертная основа.
В зерне вещественность видна,
Когда отвеяна полова.

Испробуй слово на распыл,
Так, чтобы золото осело.
Каким бы умником ни слыл,
А слова нет — и нет посева.

Леонард ЗОЛОТАРЁВ (1935 — 2020)

РОДНАЯ РЕЧЬ
Ты хранись в нас, о русская речь!
Острый меч и испытанный щит!
Нам бы землю родную сберечь,
Русь святая себя сохранит.

Сохранит землю Русскую сын,
Сохранит сына Русская мать.
Будем ей молчаливо внимать
Под гортанные скрипы осин.

Под тележный заржавленный звук,
Под кровавые просыпи рос.
Был мой дедушка великоросс,
Не согласен на малое внук.

Ты хранись в нас, о русская речь!
Русь, Россия, родимая мать!
За неё уж пришлось в землю лечь,
За неё ещё будем стоять.

Геннадий ПОПОВ (1940 — 2015)

ПЕРВОЕ СЛОВО
 П.Л.Проскурину
Светились по краешкам тучи,
Безлистый курчавился лес.
Нависшие снежные кручи
Стремились сорваться с небес.
О чем я старался не думать
И что позабыть я не мог?
Окутал невиданный сумрак
Прозрения русских дорог.
Быть может, беззвучно молилась,
В пути истомившись, душа…
Морозное солнце катилось,
Воздушные замки круша.
Вечерние тени густели,
Искрилась, снегами пыля,
Петля беспощадной метели…
Томилась в ознобе земля.

Кружилось все сущее снова
Внутри векового кольца
И самое первое слово
Рождалось по воле Творца.

ЗАУТРЕНЯ
Дороги утреннего света,
Начало всех земных путей,
Зарёй восходят над планетой
С востока Родины моей.
Они взлетают над Отчизной,
Крылами горизонт обвив.
Дай, Боже, ей счастливой жизни
Во имя правды и любви!
Дороги утреннего неба
Летят над Родиной моей.
Создатель, дай ей мира, хлеба
И сыновей-богатырей!
Дай неприступных Ярославен
На крепостных её стенах.
Да будет стяг наш достославен
Державной силою в веках!
Дороги утреннего мира,
Небесной Родины пути…
Дай, Боже, мне земного мига,
Чтоб с них подольше не сойти.

Дмитрий БЛЫНСКИЙ (1932 — 1965)

РОДНИК АЛЕКСАНДРА ПУШКИНА
Родник и ныне бьет из-под земли
В именье Гончаровых, в Яропольце.
Расходятся серебряные кольца,
Как и тогда, при встрече с Натали.

Стоял поэт с женой — рука в руке,
Глядел в родник, себя не замечая,
А Натали, в самой души не чая,
Собою любовалась в роднике.

Поэт с Невой, с Курою был знаком,
Он знал, как величавы Днепр и Волга,
Но так стоять
Задумчиво и долго
Мог Пушкин
Только перед родником.

Лёг ручеек в веселую строку
От родника опального поэта,
И кажется, что Пушкин рядом где-то
И он вот-вот вернется к роднику…

Быть близкой всем
Поэзия должна,
Как хлеборобу вкус и запах хлеба.
И, Пушкиным опущенная с неба,
Земною стала с той поры она.

ЗДРАВСТВУЙТЕ!
С ним я подружился знойным летом —
В дни, когда у деда был подпаском,
В дни, когда не думал быть поэтом,
Зная мир по бабушкиным сказкам.

— Здравствуйте! —
Негромким этим словом
Деда я приветствовал вначале,
Я его произносил коровам.
Но они, как дед, всегда молчали.

А когда я в луг шагал с обедом,
Кто-то крикнул мне в ответ:
— Здорово!
Я любил свой кнут, сплетенный дедом,
Но еще сильнее это слово.

Я любил сидеть с кнутом у вяза
Перед стадом, за селом заречным.
Повторяя за день по три раза
«Здравствуйте»
Одним и тем же встречным.

Нравилось, как сумрачные лица
Озарялись весело при этом.
Разве мог тогда я не влюбиться
В слово, переполненное светом!

«Здравствуйте!» —
Всю жизнь свою желаю
Повторять я это слово всюду.
Буду счастлив, если, умирая,
Я сказать «прощайте» позабуду.

Василий КАТАНОВ (1930 — 2020)
***
Иду в поля и строки повторяю —
В них боль моя и радость залегла:
«Но более всего любовь к родному краю
Меня томила, мучила и жгла».

Живу, и жизнь, по-моему, прекрасна
В зеленокудрой, отчей стороне.
«В саду горит костер рябины красной…»
О, как он душу согревает мне!

Да будет все до края дней со мною:
И даль, и дом, и радуги игра,
И речка, шелестящая волною,
И под гармошку песни до утра.

Веди меня, тропинка полевая,
В ржаной разлив, в раздолье росных трав…
«Но более всего любовь к родному краю»,
Твержу под шум обветренных дубрав.

Анатолий ШИЛЯЕВ (1938 — 1987)

РУСЬ
На зелёных холмах
Дремлет древняя Русь.
В ней и силы размах,
В ней и сказка, и грусть.
Речек русскую речь,
Тропок светлую нить
Как же нам не беречь,
Как же нам не любить!
Здесь начало начал,
Милой родины свет,
Это добрый причал
До скончания лет.
На зелёных холмах
Мне Россия видна,
Силы русской размах
И души глубина,
Речек русскую речь,
Тропок светлую нить
Как же нам не беречь,
Как же нам не любить!

СЛОВО
Горем ли чужим заплачу,
Или радостью взорвусь,
Слова в сердце не упрячу,
Словом добрым отзовусь.
И живёт оно, и дышит,
И врачует, как трава.
Посреди седых ледышек
Бьются тёплые слова.
И меня волнует снова
Слово-образ, слово-нить…
Для того оно и слово,
Чтобы людям говорить.

Владимир ПЕРЕВЕРЗЕВ (1947 — 2009)

КАМЕННАЯ КНИГА
Из немоты, из глухоты, из чрева
Земли, которой правда не нужна,
Она встаёт — без нежности, без гнева,
Безумье справа и безумье слева, —
Загадочны чужие письмена.

Я знаю, эта книга превратится
В сосну, в ручей, в покатые холмы,
И в странницу, и в чистую страницу,
И никому неведомую птицу,
И в молнию, разящую из тьмы.

Не дай прожить пустынником, природа!
Дай прочитать холмы и письмена,
Где в каждом камне — продолженье рода,
Где каждый знак — на языке народа,
Где каждый злак родного небосвода
Касается,
Где каждый стяг — страна.

***
Начинается речь, как ручей,
Чтоб журчать по разводьям тенистым,
По тернистым путям — всё звончей!
По дорогам крутым, каменистым.

Продолжается речь как река,
Как протяжная песня поётся,
Полноводна, сильна, глубока,
Каждым словом в душе отдаётся.

Эту речь нам с тобой беречь,
Отделив от молчанья пустого,
Ведь так редко звучит эта речь
И так дорого каждое слово.

Николай ПЕРОВСКИЙ (1934 — 2007)

ПРОЗРЕНЬЕ
Памяти Сергея Наровчатова
Бывает острое прозренье,
как взрыв в мозгу, что ты живой,
что ненависть, любовь, горенье —
в тебе, с тобой и над тобой.

Ты только вскрикни, хлопни дверью
или засмейся — просто, вдруг —
и тут же ветер и деревья
тебя затянут в общий круг.

В тот милый круг, где всё живое,
где наслаждение и боль,
где правят общею судьбою
горенье, ненависть, любовь.

Мы в общем хоре все — солисты,
и даже тот, кто безголос,
в своём, особенном, регистре
доносит шёпот свой до звёзд.

СОНЕТ
Игра словами — древняя игра,
ведущая в трагическом размахе
прямую от пера до топора,
секущую от славы и до плахи.

Когда душа чиста, а мысль остра,
творение живёт в цветке и прахе,
сжигая и развенчивая страхи
своим огнём и пламенем костра.

Широкая народная молва
у мастеров заимствует слова
и обряжает их в свои одежды.

Стоят потомки, головы склоня,
стоят, в плену печали и надежды,
у книжной полки — Вечного огня.

Александр ЛОГВИНОВ (1942 — 2010)
***
Величавы, как реки России,
И прекрасны как люди её,
Песни русские, песни простые,
Где ж берёте рожденье своё?

В тишине ли рассветной и древней,
В шуме ль майских садов и берёз,
В стонах чутко вздремнувшей деревни,
В небывалой обильности рос?

Не могу я ответить на это.
Только знаю одно навсегда:
Создаётесь народом-поэтом
И живёте большие года.

***
Среди августовского зноя
Далеко-далеко слыхать:
Над полем ржаного покоя
Поёт колыбельную мать.

Летит ее песня высоко,
И трепетно сердцу опять,
Когда-то далёко-далёко
Мне пела задумчиво мать.

А может, не так это было,
Да, видно, скорее, не так:
Жестокая сила тротила
Вздымила на взгорье большак.

Повсюду безмерное горе,
Кругом ни двора, ни кола,
И может не в поле, и пусть не на воле,
И пусть приглушённой, но песня была.

Не эта ль безмерная сила
Любви, и тепла, и добра
И жизни меня научила,
И силы для жизни дала.

Давно между полем и рощей
И годы, и ветры легли.
Но нету понятней и проще,
И нету призывней земли.

Живу ли в краю отдалённом,
Несут ли меня поезда, —
Горит надо мной просветлённо
Далекого детства звезда.

Любые дороги осилю,
Лишь только бы вечно слыхать:
Поёт и поёт над Россией
Свою колыбельную мать.

Владимир ПЕРКИН (1943 — 2002)
***
Пустой забавою развлечь
Не смей, мой голос.
В душе моей созрела речь,
Как в поле колос.

Ему ль прельщаться суетой?
Стоит упорно
И гордо держит над землёй
Литые зёрна.

Уже не время мне пленять
Картинкой броской.
Не время золото менять
На меди блёстки.

Как на последнем рубеже,
Пора настала
Сказать: осталось лишь «уже»,
«Ещё» — не стало.

***
Пороховая взрывчатость стиха —
немереная дьявольская сила.
Не стой вблизи!
Подальше от греха:
как бы волной взрывною не скосило.

Уйди! Уйди!
Не видишь разве ты,
как слово подожжённое дымится
и свет нездешней, горней высоты
лучом зловещим лёг уже на лица?

О сколько их, обугленных стихом,
ушло навек за скорбные пределы.
Зачем же вновь
в волнении глухом,
всё позабыв,
ты занят страшным делом?

Склонился над страницей…
Ночь тиха.
И зреет в сердце яростная сила.
Пороховая взрывчатость стиха
не раз поэтов намертво разила.

Ирина СЕМЁНОВА
***
Россия, вот моя тетрадь,
Тобой дарованные строки,
Ещё, как струны, перебрать
Хочу я вешние потоки.
Хочу за облаком бежать,
В озёрной прятаться осоке
И, вслушиваясь, провожать
Гром затихающий, глубокий.

Благословляю русский дом!
Долины, травы и полесья
И пусть грозит сухим перстом
Кащей, взмывая в поднебесье.
Ведь, знанье древнее храня,
Беглянкой, злату не покорной,
Могу я в озеро огня
Преобразить свой плат узорный.
Я понимаю речь зарниц
И ту, журчащую, как воды,
На языке древес и птиц
Немую тайнопись природы.
Подземных рек я чую ток,
А тот, кто клавишей готовой
Стучит, вымучивая слог…
Я не из тех,
я знаю Слово!

Виктор САДОВСКИЙ
***
Между тенью и светом
Есть незримая грань —
Та, что видят поэты
В предрассветную рань.
Неподкованный рифмой,
В этот призрачный час
Возникает из мифов
Конь строптивый — Пегас.
Нет уздечки звенящей.
Грива — белый туман.
Конь ли он настоящий,
Или сладкий обман —
Не вопрос для поэта,
Если в зыбкую рань
Он меж тенью и светом
Остро чувствует грань.

Светлана ГОЛУБЕВА

ВДОХНОВЕНИЕ
Мерцало на траве и листьях,
Как предрассветная роса,
У девочки в глазах лучистых
Блеснуло. Звонкая коса
Его к полудню уложила
С травой в душистые рядки,
Оно искрилось вдоль реки
На водной глади, мелко, живо
Дрожало рябью шелковистой
И в сердце, как тетради чистой,
Ещё невидимой строфой
Оно сонет писало свой.

***
Не пригодившееся слово
Ветра швыряют вниз да вверх.
Чего-то важного, большого
Не уловил в нём человек —
Не стал записывать в тетради,
А так: подумал и забыл.
Кружит словцо за Бога ради,
Изрядно выбившись из сил.
Его скворец споёт весною,
Прошепчет юная листва.
А нынче только вьюга воет,
Ловя бездомные слова.

Андрей ШЕНДАКОВ
***
Искрятся капельки дождя,
Бросая брызги под навесом,
И я вдыхаю с интересом
Небесный шум в начале дня;
Струится в окна благодать —
Её я слышу, прозревая,
А в сердце струнка дождевая
Вшивает солнечную гладь:
Поток дождя — живой эфир,
Далёких странствий продолженье.
И я пишу стихотворенье
Как целый мир, как целый мир!..

***
…Словом можно сжигать города,
Превращая строенья в руины,
И сметать, словно щепки, плотины,
Так, что плавится даже слюда.

Но гораздо сложнее, пройдя
Через всё это адское пекло,
Сделать так, чтоб душа не поблекла,
Словно радуга после дождя.

Словом можно убить — на века! —
И талант, и любовь, и свободу.
Но важнее, являясь народу,
Быть для мира огнём маяка!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Blue Captcha Image
Новый проверочный код

*